egoga (egoga) wrote,
egoga
egoga

Начало. Продолжение.

Со времени прошлого поста я поступил в Пед на журфак (почему не в НГУ - это отдельная история, итогом которой была бумага за подписью главы приемной комиссии НГУ с формулировкой "отсутствуют природные данные для работы журналистом", я ее где-то потерял, отчего страдаю).
Учиться у нас было не очень тяжело, поэтому я всегда чем-то занимался параллельно. Щас вспомнил, что одно время раздавал политические листовки на улице, выходило раз в 10 выгоднее, чем писать заметки. Кроме того, я догадался выбирать места поближе к вузам и подъезжал к концу пар - они уходили в разы быстрее, чем у коллег в других местах. Впрочем, до моего брата все равно далеко: он в начале 90ых первым в городе из распространителей газет (тогда газеты можно было купить в редакции физлицу и продавать на улице) догадался ездить их продавать в Толмачево, с бОльшей наценкой.
В общем, однажды попалась на глаза газета "АУдитория" (она же - АУ) - позвонил, сказал что хочу для них что-то писать. В итоге я занялся рубрикой, посвященной обзорам интернета. Тогда, в 1999 году, это была довольно распространенная практика: писать, какие любопытные сайты есть в неведомом интернете. В общем, дома интернет у нас был, и писать обзоры было дело простым (если не ошибаюсь, они были даже тематические "Сайты музыкальных групп" и т.п.). Тексты я сдавал Наталье Пашкаловой, но наше общение ограничивалось минутой, когда я приносил распечатанный текст в мааааленькую комнатку на Римского-Корсакова, где сидело человек 5. В принципе, меня все устраивало, тем более, что это приносило кратно бОльшие деньги, чем Вечерка или Рост.
И вот однажды произошло СОБЫТИЕ (как я сейчас понимаю, многое определившее). Я привез текст - отдал его Наталье, из одного из углов кабинета послышался вопрос: "Егор, ты вечером свободен?". Это был голос, как я потом узнал, главреда АУ, Натальи Поцелуёнок. Потом она спросила, знаю ли я, кто такой Карелин. Получив два утвердительных ответа, она буднично сказала: "Ну хорошо, сейчас поедешь в филармонию, сделаешь с ним интервью для будущего номера про молодежь и спорт", после чего потеряла ко мне интерес.
Тут стоит сделать небольшое отступление. СанСаныч в тот период был не только спортсмен, но и уже начал заниматься политикой - был предвыборный период (не то ГосДума, не то Путин-2000). В общем, очень важный и очень известный в городе человек, практически Карабас-Барабас. В общем, когда я ехал в автобусе с одного берега на другой, я не мог даже накидать список вопросов - так волновался.
В филармонии мне надо было найти Виктора Александровича (мне его показали на фотке, его лицо я видел по новостям) - не того, о котором вы подумали, а Игнатова. Господин Игнатов, увидев меня, сказал только одну фразу: "Смотри мне, не подведи" и погрозил пальчиком. В общем, в тот вечер я около 2 часов общался с Карелиным в его борцовском зале, сидя на низкой такой длинной скамеечке (помните такие, в школах были). В итоге на следующий день я принес огромный текст "про жизнь", за который Наталья меня похвалила, но переписала сама почти полностью, 80% интервью в итоге было про партию "Единство", чей рег. список А.А.К. возглавлял.
Про Наталью стоит еще сказать одну вещь - одна была первым, пожалуй, редактором, который меня нещадно правил, возился с текстами и говорил, что "с логикой у тебя проблемы". Однажды она сказала, чтобы я не расстраивался, что она на меня наезжает, потому что если бы она считала, что из меня ниче не выйдет, то не тратила бы время. Это было обидно, но я быстро понял, что должно быть приятно.
К тому моменту АУ уже переехала в новый офис на Красном проспекте (около путепровода на Гагаринской), а я начал постоянно околачиваться в редакции, чем дальше, тем больше получая уже журналистских заданий. Обзоры я уже не писал, так что Плющева из меня не вышло. Вскоре меня взяли в штат, выдали компьютер и т.п.
В редакции была совершенно чумовая атмосфера - все журналисты очень близко дружили. Таня Малкова, Женя Зак, Вера Толмачева - очень вас люблю! - были центром тусовки, и мы вместе даже ходили в кино. Особенно активно мы дружили с "верстальщиками" (в этой редакции я познакомился с Юрой Ли, еще там был Илья Лавров (?), который мне запомнился тем, что устроившись в Москве в ИД Ъ, поехал на поезде в Новосибирск, и упал с верхней полки, сломав в нескольких местах обе руки, в результате был уволен из Ъ). Там же работал Андрей Нагорный, в то время известный в узких кругах музыкант собственной группы (однажды музыканты "Калинова моста" всем составом перешли работать к Андрюхе, в результате чего он поссорился с Ревякиным). Нагорный написал одну очень хорошую песню про "глаза Анютины", которые грустят под ритмы музыкальные из фильмов Тарантино.
Вместе этой же тусовкой мы ходили в Черную вдову и другие злачные заведения (регулярно день получения гонораров заканчивался часа в 4). В общем, было крайне весело и интересно.
Потом "АУдитория" закрылась (нынешнему Студ городу до АУ, конечно, как до Китая), и эта же редакция начала выпускать МК в Новосибирске (однажды месяца три мы делали даже ежедневный МК!). Там, под руководством Тани Малковой, я писал про Потреб. рынок "для людей": закон о защите прав потребителей и тому подобные штуки. Закончилось все довольно плохо: в очередной кризисный период газеты мне задним числом (что удобно, когда задержка составляет месяца три) снизили зарплату в 2 раза. Я психанул, и уволился, получив спустя полтора года работы в штате незаполненую трудовую книжку. Шел март 2001 года.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 20 comments